Бог Тевт приносит египетскому царю письмена и обещает, что теперь люди станут мудрее и памятливее. Царь смотрит на подарок и отвечает жёстко: выйдет наоборот. Твои ученики будут вспоминать не изнутри, а по внешним знакам; многое услышат и ничему не выучатся; будут казаться многознающими, оставаясь невеждами. Ты принёс им не мудрость, а её видимость.

Эту историю Сократ рассказывает в «Федре», платоновском диалоге о любви и красноречии, который под конец сворачивает к письменности. Четвёртый век до нашей эры. Самое раннее предупреждение о новой технологии, какое я знаю, старше самой книги. Двадцать четыре века это место читали как курьёз, мол, старик испугался букв.

На этой неделе его перечитали всерьёз. В Hedgehog Review вышло эссе Майкла Мариначчо под названием «Предупреждение Платона сбылось». С искусственным интеллектом, пишет автор, случилось ровно то, что царь предрекал письменности. Мнимой мудрости стало вдоволь, и достаётся она мгновенно.

Интереснее не позлорадствовать над машиной, которой сам пользуюсь каждый день, а понять, почему в первый раз пророчество не сбылось. Письменность мышления не погубила, она его вырастила: всё, чем мы думаем, включая самого Платона, дошло до нас записанным. Значит, Сократ писал не о приговоре человечеству, а об опасности. Двадцать четыре века опасность не сбывалась, потому что ей мешало одно условие.

Условие простое. Книга не отдаёт мысль даром. Чтобы взять её со страницы, читателю приходится проделать всю работу заново и самому. Продраться, не понять, перечитать, вернуться назавтра. Печатный станок, библиотека, поисковик приближали книгу к читателю, но работу за него не делали, страницу всё равно читал он сам. Нейросеть впервые берёт эту работу на себя. Ответ приходит готовым, думать по дороге больше не нужно. Понимал кто-то другой, а мне досталось то, что у него получилось.

В прошлом году в MIT для этого подобрали бухгалтерское определение когнитивный долг. Люди, писавшие эссе вместе с чат-ботом, через несколько минут не могли процитировать собственный текст. Долг здесь в самом точном смысле. Берёшь чужое понимание сегодня, расплачиваешься своим непониманием завтра. Мнимая мудрость отличается от настоящей не тем, что в ней сказано, а тем, откуда она взялась. Её не растили через собственный опыт, метод проб и ошибок и тд. Её выдали за свою.

Проверка от этой болезни старая, ею пользовались ещё греки. Это обычный пересказ. Что могу пересказать своими словами, медленно, не подглядывая, то моё. Что пересказать не могу, тем пользуюсь, но не владею. В студенческие годы мы с друзьями именно так и старались усвоить материал, через пересказ другому. Самый рабочий способ усвоения и понимания, как по мне. Я буквально вчера этим занимался, готовясь к встрече петербургской "Нити" в нашей гастрокофейне Сообщество. Закрываю вкладку и объясняю прочитанное вслух, хотя бы стенам. Осекаюсь так часто, что высокомерие к невеждам проходит само.

Оговорка, чтобы не выйти луддитом. Царь письменность не запретил, и правильно сделал. Инструмент не виноват в том, что им можно заменить себя. Виноват я, и ровно в ту минуту, когда соглашаюсь взять готовое, вместо того, чтобы работать над собой. У мудрости, если дочитать миф, одна примета. Её нельзя вручить, подарить или взять бесплатно. Можно только вырастить, взрастить в себе, а растёт она медленно, как всё, что даётся с трудом.