Saccharine / Ешь. Молись. Худей.

Студентка медуниверситета Хана вкусно ест, расчленяет трупы и время от времени мастурбирует. В общем, живет свою лучшую жизнь. А еще бросает влажные взгляды на инструкторшу по фитнесу Аланью, но дальше взглядов заходить не отваживается - Аланья слишком горяча и подтянута, а Хана слишком любит пончики с джемом. Скинуть бы килограммов двадцать, вот тогда...

Как-то в баре Хана встречает свою бывшую одноклассницу Мелиссу, которая заметно схуднула. Мелисса тут же сдает все чит-коды - дело в новом волшебном препарате - и даже делится чудо-капсулой с подругой. Подруга же закидывает капсулу не под язык, а в анализатор (она студентка медицинского, помните?) и делает убойное открытие: в основе препарата - пепел мертвых людей. Хана в прямом смысле слова подрезает пару косточек у недорасчлененного трупа, кидает в печь для кремации, и дженерик готов. С пылу с жару, простите.

Нет, это не спойлер: твист с человеческим прахом дистрибьюторы картины с невозмутимостью патологоанатома сливают прямо в аннотации. А также “вотэтоповорот” про то, что Хану начинает преследовать дух женщины, которую она потихоньку подъедает.

Читатель ждет уж рифмы “Субстанция”, и совершенно заслуженно. “Сахарин” (простите, но еще раз написать российское локализованное название выше моих сил) в своем посыле наследует громкому боди-хоррору Корали Фаржа: у обеих героинь есть тело, которое окружающий мир считает дефектным, и чудесное средство, обещающее этот дефект исправить. Отличия только в побочках: у одной из спины вылезает лучшая версия себя, у другой на кухне заводится голодный призрак. Минздрав, как обычно, не предупредил.

“Сахарин” поначалу кажется даже более тонким и интимным. Это не боди-хоррор, это скорее фуд-хоррор - поедание булок здесь снято с такой смачной ненавистью, с таким стыдом и отвращением Ханы к самой себе, что монтажным переходам на крупные планы пораженных некрозом органов радуешься как отдушине.

Но дальше дороги расходятся. “Субстанция” говорила об эйджизме, мизогинии, индустрии красоты и шоу-бизнесе, который сначала превращает женщину в товар, а потом списывает как просрочку. “Сахарин” вроде бы собирается так же проехаться по культуре диет, фэтфобии и оземпика, но в какой-то момент бросает все это и сворачивает в обычную историю о мстительном духе. Сложный разговор о голоде, стыде и ненависти к собственному телу вытесняется моралью про то, что не нужно есть пепел незнакомых людей, иначе их призраки могут обидеться. Полезный совет, конечно, но мы вроде и так в курсе.

Мам, можно нам “Субстанцию”? - У нас есть “Субстанция” дома. Судя по звукам с кухни, она опять кого-то жрет.

#посмотрел_кино