Я раньше по вечерам листал Пикабу (есть грех, да) и заметил странную вещь: корявым историям там веришь охотнее, чем хорошо написанным. Человек начинает с «чукча не писатель», просит прощения за длиннопост, путается, повторяется — а ты читаешь. Зато стоит заметить литературный приём, и уже хочется пролистнуть. Как будто тот, кто с трудом строит предложение, точно не сумеет построить обман.

Для писателя это довольно крутая штука. Рассказу не обязательно быть правдивым, чтобы в него поверили. Иногда достаточно скрыть, насколько хорошо ты умеешь писать. Придуманную историю можно рассказать как обычный пост, газетную заметку или отчёт. Мы привыкли, что в такой форме люди сообщают о случившемся, и охотнее верим написанному.

Зерно на фотографии и дрожащая камера действуют похоже. Кажется, что снимали наспех: было не до красивого кадра. Хотя камеру можно трясти специально, а зерно добавить фильтром. Так и с текстом: неловкую фразу иногда переписывают несколько раз, прежде чем она станет достаточно неловкой.

Но работает это и за пределами литературы. Человек рассказывает о ссоре и признаётся: «Я, конечно, тоже был неправ». И мы уже охотнее верим остальному. Раз говорит о себе неприятное, значит, старается быть честным. Хотя он сам выбрал, в чём признаться, а о чём промолчать. Может быть, о своей грубости рассказал, а о том, с чего началась ссора, — нет.

Мне по-прежнему может нравиться такой рассказ. Только симпатия к рассказчику легко превращается в уверенность, что он прав. Он кажется своим, хочется его поддержать, и вот мы уже осуждаем человека, чью версию даже не слышали.

Перед тем как переслать такую историю, стоит вспомнить: пока мы знаем только то, что решил рассказать один человек. Всё вполне могло быть именно так. Просто повторы, ошибки и «чукча не писатель» этого ещё не доказывают.