В российский прокат выходит испанская драма «Любовь моя» — неофициальный родственник несуществующей франшизы, где уже есть фильм норвежца Йоакима Триера «Сентиментальная ценность». В этой версии Хавьер Бардем пытается понять, возможно ли быть хорошим отцом и талантливым творцом, а мы в рецензии постараемся рассказать, насколько искренним получилась его исповедь.

Эстебан (Хавьер Бардем) — оскароносный режиссер, который готовится снять новый и очень амбициозный исторический фильм. На главную роль он приглашает малоизвестную актрису и по совместительству свою дочь Эмилию (Виктория Луэнго), с которой он не контактировал 13 лет. Для Эстебана это возможность наладить отношения с дочкой и заодно помочь ей с карьерой. Однако старые обиды и неудобное прошлое оказываются проблемой для всей команды, когда съемочный процесс превращается в поле для конфликта отца и дочери.

«Любовь моя» Родриго Сорогойена — это фильм с двойным и очень непростым дном. С первых кадров понятно, что перед нами семейная драма о непростых отношениях отца и дочери, где нам не предлагают одну-единственную версию событий (хоть история и является более отце-центричной). Эмилия помнит детство с редкими появлениями отца как темное время, тогда как Эстебан запомнил их совместные моменты иначе. Мужчину мучает чувство вины из-за ошибок прошлого, и спустя 13 лет он решает частично ответить за свои поступки, пригласив дочь в свой проект и таким образом пытаясь искупить вину за годы отсутствия в ее жизни.

Символично, что работа над его новым фильмом оказывается своеобразной исповедью и повторным переживанием ошибок прошлого. Чтобы двигаться дальше, им обоим необходимо вытащить на поверхность запрятанную боль и пройти своеобразный процесс исцеления. Все это превращает съемки фильма в способ героев разобраться в собственной жизни и душе, однако непроработанные бушующие эмоции возвращают Эмилию в состояние обиженного брошенного ребенка, а Эстебана — в неуравновешанного отца. В итоге попытка примирения приводит к эскалации конфликта, поскольку никакие оправдания отца не сотрут из памяти дочери одиночество ее детства.

При этом кино становится для героев тем знаменателем, который при всех разногласиях и обидах все еще связывает их. Это единственный общий язык отца и дочери, и Родриго Сорогойен тонко подчеркивает эту мысль, создавая фильм о фильме. И как раз именно в разговоре о кинематографе на первый план начинают выходить более глубокие и сложные темы памяти, злоупотребления властью и вины, которая точет душу изнутри. 

Главный герой привык контролировать людей и пространство вокруг себя, как постановщик он бывал тираном и манипулятором. И постепенно кино становится для него зеркалом, в котором он распознает собственную темную сторону. Спустя годы ему показалось, что он «убил» в себе эту нелицеприятную часть, но сильные чувства, вызванные общением с дочерью (ради которой он во многом как будто и боролся со своими демонами), показывают, что этот контроль оказался иллюзией.

Во многом утрата внутреннего равновесия и борьба с личными демонами рифмуются с идеей о том, что настоящее искусство часто рождается из трагедии и потерь. Лучший фильм Эстебана — его первая картина «Сирокко» — одновременно принес самый важный первый успех и причинил невероятную боль ему, бывшей жене и дочери Эмилии. Чем больше автор вкладывает в произведение и чем больше теряет в процессе его создания, тем ценнее оно оказывается в итоге. Наверно, потому что только в наиболее уязвимые и тяжелые моменты обнажаются самые искренние и сильные эмоции.

Шедевр требует от творца вытаскивать из себя не только лучшее, но и худшее. Поэтому Родриго Сорогойен не романтизирует эту неоднозначную жертву автора, а напоминает: то, что делает искусство великим, одновременно может разрушать самого человека и окружающих его людей. Кино становится для Эстебана и благом, и проклятием. Оно однажды сломало его, затем помогло выбраться на свет, но так и не позволило полностью освободиться от своих демонов, а даже вернуло их к жизни. И он снова причинил боль другим.

В этом смысле важна история матери Эмилии, которая после «Сирокко» — ее первого и последнего совместного проекта с Эстебаном — ушла из кино. Не только из-за жизненных обстоятельств, но и потому что она выбрала себя и не захотела приносить в жертву что-то или кого-то ради искусства или успеха. Отсюда и финал выглядит закольцованным и исчерпывающим, хотя никаких разъяснений о будущем героев нам как будто бы и не дают. 

В итоге «Любовь моя» — это не столько история о примирении отца и дочери, сколько рассказ о том, возможно ли закопать свою темную сторону и достичь какого-то внутреннего равновесия. Можно ли отменить прошлое и стать другим человеком? Сорогойен считает, что можно как минимум перестать быть заложником этого прошлого. И внезапно, несмотря на то, что практически весь фильм главным героем ощущался Эстебан, в финале мы понимаем, что «Любовь моя» — это история дочери, которая возвращает себе собственную жизнь, а кино, которое когда-то стало причиной их боли, помогает обоим эту боль, наконец, пережить.

Фильм «Любовь моя» в российский прокат выпускает 15 октября кинопрокатная компания A-One совместно с компанией «Веста».