У человека с причёской, существующей по своим законам физики, очень серьёзные намерения. У его противников – тоже. Вообще, все собравшиеся выглядят так, будто сейчас решится судьба мира, хотя со стороны происходящее больше напоминает конфликт участников костюмированной вечеринки из-за последнего свободного геймпада. Новый «Уличный боец» (Street Fighter) Китао Сакурая прекрасно понимает это. Его герои могут хмуриться, разбираться с прошлым и готовиться к решающей схватке, но сам фильм охотно выставляет всю компанию в самом нелепом свете. И правильно делает, ведь когда у вас Джейсон Момоа играет зелёного электрического громилу, скромность уже вряд ли поможет. Получился симпатичный, местами действительно изобретательный балаган, которому мешает преимущественно одна вещь: временами он зачем-то берёт себя в руки. Как раз тогда, когда хочется полностью отключить тормоза.

Два друга, один турнир и очень подозрительный организатор

На дворе 1993 год. Рю и Кен, когда-то тренировавшиеся вместе и бывшие друг другу почти братьями, давно разошлись по разным жизненным маршрутам. Рю предпочитает держаться подальше от прежних дел, а Кен пытается поддерживать остатки собственной популярности – с переменным успехом и заметным ущербом для достоинства. Возможность снова встретиться им предоставляет загадочная девушка по имени Чунь-Ли, которая приглашает обоих на турнир World Warrior, где собираются бойцы с весьма своеобразными представлениями о спортивной форме и допустимых приёмах.

За соревнованием стоит М. Байсон, человек буквально располагающий к доверию. В кавычках, разумеется. Дальше будут старые обиды, новые противники и заговор, известный зрителю с первых минут.

Здесь хотя бы понимают, во что нарядились

Главная удача новой экранизации Street Fighter – отсутствие неловкости перед собственным материалом. Сакурай не пытается объяснить, почему эти люди выглядят именно так, и не выдаёт каждому по комплекту неброской тактической экипировки, чтобы зрителю было удобнее воспринимать происходящее всерьёз. Узнаваемые силуэты, вызывающие цвета, гипертрофированная мускулатура, волосы с повышенной несущей способностью – всё как в играх. Персонажи словно добрались до съёмочной площадки прямо с экрана выбора бойца. 

При этом фильм не превращается в бесконечное подмигивание публике. Здесь хватает грубоватых шуток и откровенного дуракаваляния, но сама нелепость мира редко становится предметом обсуждения. Для его обитателей происходящее совершенно нормально. Никто не обязан останавливаться посреди сцены, чтобы сообщить зрителю, как смешно выглядит очередной персонаж (спасибо, заметили). Благодаря этому у «Уличного бойца» появляется обаяние старого жанрового кино, где самые сомнительные решения принимались с выражением абсолютной профессиональной уверенности.

Серьёзность героев, правда, временами приходится терпеть дольше, чем хотелось бы. Особенно когда на первый план выходят взаимные претензии Рю и Кена. Их отношения дают истории необходимую опору, но сценарий слишком старательно проговаривает то, что и без того понятно. Для фильма, в котором столько людей готовы немедленно приступить к рукоприкладству (и ногоприкладству, и всёчтоугоднокчемуугодноприкладству), здесь удивительно часто пытаются сначала поговорить.

Хорошие лица для плохой компании

Эндрю Кодзи и Ноа Сентинео удачно расходятся по темпераментам. Рю у Кодзи собранный, закрытый и явно не тот человек, которому стоит предлагать совместный подкаст о личностном росте. Кен Сентинео гораздо шумнее, суетливее и болезненнее реагирует на собственные неудачи. За его показной самоуверенностью довольно легко разглядеть человека, который отчаянно хочет снова кому-нибудь понравиться. Их броманс работает лучше всего в столкновении характеров: одному давно пора что-нибудь сказать, другому – хотя бы ненадолго замолчать.

Отдельное удовольствие – Дэвид Дастмалчян. Его Байсон существует на той прекрасной стадии злодейства, когда человек уже давно мог бы заняться настоящими делами, но никак не закончит эффектно подавать себя окружающим. Актёр смакует карикатурность роли, не пытаясь убедить нас, что перед нами тонко устроенный политический мыслитель. В этой компании он вообще напоминает человека, который пришёл на репетицию раньше всех, обнаружил, что никто не следит за допустимым уровнем переигрывания, и решил воспользоваться ситуацией. Как он закатывает глаза, как моет ноги одному из главных героев – это невероятный уровень потешности.

Каллина Лян в роли Чунь-Ли помогает удерживать весь этот сбор от окончательного расползания. В её героине есть необходимая целеустремлённость, а в боевых эпизодах – энергия, которой некоторым разговорным сценам заметно недостаёт. Жаль только, что обилие знакомых лиц периодически оборачивается теснотой. Фильм успевает представить очередного бойца, дать нам порадоваться узнаваемому образу – и уже спешит пойти дальше. 

Драться здесь умеют. Почаще бы вспоминали об этом

Лучшие поединки «Уличного бойца» хороши тем, что сохраняют характеры участников. Разница между бойцами чувствуется в движении, манере держаться, способе занимать пространство. Для экранизации файтинга это важнее, чем очередная демонстрация универсальной голливудской подготовки, после которой все персонажи начинают одинаково ловко работать локтями. Здесь хотя бы понимаешь, зачем на площадку позвали именно этих людей и выдали им именно такие костюмы. Кроме Алекса Волкановски, реального чемпиона UFC. Но тут без спойлеров.

Однако рекламная вывеска турнира обещает более щедрую программу. Почти двухчасовой хронометраж позволяет рассчитывать, что интересным противникам дадут как следует столкнуться, а публике – насладиться результатом. Вместо этого часть времени уходит на подготовку, объяснения и перемещения между сюжетными задачами (в том числе с использованием анимации а-ля «как в аниме»). Сами поединки распределены не настолько удачно, чтобы фильм постоянно держал нужный темп. Иногда он напоминает вечер бокса, где между выходами спортсменов слишком долго показывают студию с экспертами. Эксперты, конечно, стараются. Но все понимают, зачем включили трансляцию.

Девяностые, которые хочется сделать погромче

Ретро-эстетика здесь работает убедительнее любой попытки продать ностальгию одним знакомым логотипом MTV. Насыщенные цвета, нарочитая эффектность образов, общая любовь к визуальным излишествам делают мир фильма достаточно самостоятельным. Его приятно рассматривать даже тогда, когда сценарий немного буксует. Рисованные флешбэки дополнительно поддерживают эту интонацию& Прошлое героев существует в другом визуальном режиме, и условность такого решения хорошо подходит истории, которая явно не собиралась оформлять свои события документально.

И вот здесь обнаруживается основная претензия. «Уличному бойцу» явно нравится быть шумным, пёстрым и местами откровенно дурацким, но окончательно потерять контроль он себе не разрешает. В нём чувствуется запас неиспользованного безумия. Можно было дать больше пространства странным персонажам, чаще сталкивать их друг с другом, смелее развивать абсурдные ситуации. Даже не обязательно увеличивать количество шуток. Скажем честно, часть нынешних и так стоило бы оставить за пределами съёмочной площадки. Гораздо полезнее было бы позволить этому миру подольше пожить по собственным чокнутым правилам, не возвращаясь всякий раз к обязательной сюжетной программе.

Ещё раунд – но с условием

Новый «Уличный боец» оставляет преимущественно приятное впечатление. Колоритный состав, несколько удачных драк, сочная картинка и музыка помогают пережить и разговорную вязкость, и неравномерное распределение внимания между бойцами. Балаган получился достаточно обаятельным, чтобы простить ему лишние паузы, хотя до полного восторга ему не хватает более решительного отрыва. Смотреть стоит ради персонажей, их физической выразительности и той редкой готовности выглядеть нелепо, которую большое развлекательное кино часто теряет ещё на стадии согласований. А возможному продолжению хочется пожелать поменьше осторожности. Зелёный Момоа уже здесь. Обратно в приличное общество эту компанию всё равно не примут.