Падел. Слово, которое еще недавно гуглили из чистого любопытства, сегодня намертво прописалось в расписании топ-менеджеров, айтишников, зумеров и креативного класса. В последние два года архитектурный ландшафт Москвы, Питера и других крупных городов начал преображаться. Там, где раньше пылились унылые промзоны, полупустые склады или неликвидные этажи торговых центров, теперь вырастают прозрачные коробки с синим ковровым покрытием. 

Сразу расставлю точки над «i»: я не строю из себя суперпрофи или спортивного гуру. Я — обычный средний игрок. Выхожу на корт пару раз в месяц, чтобы сбросить стресс, погонять мяч с друзьями и просто разгрузить голову. Иногда участвую в турнирах, периодически занимаюсь с тренером.

Падел на наших глазах превратился из нишевого хобби в безжалостную, идеально отлаженную бизнес-машину. И сейчас эта индустрия проходит свой самый интересный, переломный этап.

Цифры, от которых кружится голова (и это не предел)

К настоящему моменту игнорировать этот бум уже просто глупо. Давайте пробежимся по фактам. Федерация падела России не так давно выкатила первое масштабное исследование совместно с агентствами Court Masters и FitnessData. Читаешь отчет — и возникает ощущение, будто изучаешь данные о новом нефтяном месторождении. Не буквально, конечно, но чем не золотая/нефтяная лихорадка? Только в период 2022–2025 годов в инфраструктуру влили 1,1 миллиарда рублей, а суммарный оборот операторов пробил отметку в 6,2 миллиарда. Число кортов за пять лет взлетело в невероятные 60 раз!

То, как феноменально вырос падел в 2026 году, заслуживает отдельного разговора. По свежей аналитике «Яндекс Карт», за последние два года (с августа 2024-го по август 2026-го) число падел-клубов улетело в космос — с 11 до 263. Пользовательский интерес скакнул более чем в 20 раз, а половина карточек клубов стабильно собирает от 600 уникальных запросов. Данные «МегаФона» бьют в ту же точку: мобильный трафик на сайты клубов в июле 2026 года вырос в четыре раза к прошлому году. И это самая платежеспособная аудитория — почти половина столичных игроков это люди от 35 до 44 лет (причем 63% — мужчины).

А если сомневаетесь, посмотрите на маркетплейсы. В первом полугодии 2026 года онлайн-продажи ракеток и мячей на Ozon и Wildberries взлетели в 5–9 раз, многократно опережая рост всего спортивного сегмента. Сейчас, по оценкам Федерации, в стране работает уже более 1000 кортов, а к 2030 году эта цифра легко превысит 2000.

Мы видим, что рынок окончательно перешел из фазы хаотичного стартапа в стадию большого системного бизнеса. Корты теперь строят крупные девелоперы прямо на этапе котлована вписывают площадки в новые премиальные ЖК. В 2026 году индустрия мощно шагнула за МКАД: регионы, глядя на столичные чеки, начали агрессивно заливать деньги в спортивную инфраструктуру. Статистика это подтверждает: в августе 2026 года 132 из 263 клубов уже находились за пределами городов-миллионников. Да, Москва со своими 62 клубами лидирует, но Питер (15 площадок), Екатеринбург (9), Волгоград и Самара (по 6) уже плотно в игре. Повестка сменилась — падел стал железобетонным бизнес-активом.

Секрет идеальной юнит-экономики: почему инвесторы несут деньги

Почему туда так агрессивно вливают капиталы? Все банально — юнит-экономика на старте выглядит как легальный чит-код. Forbes отлично разобрал механику этого бизнеса изнутри.

В классическом теннисе на огромном пространстве бегают два человека. В паделе площадка компактная (10 на 20 метров), а играют на ней всегда четверо. Аренда делится на всех, и для конечного потребителя это уже не такая уж и роскошь.

Для владельца же клуба математика посложнее. Чтобы поставить качественный корт под ключ, нужно около 2,5 миллиона рублей. Но дьявол кроется в деталях. Испанские корты считаются эталоном, но сейчас китайцы делают конструкции, которые почти на тонну тяжелее аналогов, что дает фундаментальную устойчивость и идеальный отскок мяча. При нормальной загрузке этот стеклянно-металлический конструктор окупается за 18–36 месяцев.

И это не маркетинговые сказки: по оценке FitnessData, падел-площадки сейчас входят в число лидеров по чистой прибыли. Средние значения составляют 35%, что почти втрое выше, чем у фитнес-клубов без бассейнов.

Главное — найти локацию с потолками от восьми метров, чтобы скилловые ребята могли свободно кидать «свечи», и залить идеально ровную бетонную плиту.

Дофамин, пот и смерть стереотипов

Но никакая бизнес-модель не выстрелила бы, если бы сам продукт оказался пустышкой. Почему люди, включая меня, так легко подсаживаются на этот спорт? Ответ один: порог входа. Он здесь практически околонулевой. В классическом теннисе вам нужны годы страданий (и горы денег!). В паделе же вы просто берете в руки ракетку — и через пятнадцать минут уже полноценно в игре. Есть стекло, правила попроще, да и вообще — уверенность обретается по щелчку пальцев, если вы того захотите и правильно себя настроите.

При этом физическая нагрузка — мое почтение. Как справедливо разобрали физиологию в обзоре Газеты.ru, за час интенсивной рубки можно сжечь от 400 до 1000 ккал. Постоянные короткие спринты, выпады, резкие торможения — на следующий день я стабильно чувствую мышцы, о существовании которых даже не подозревал.

От гламура к суровой реальности: рынок перегрет?

А теперь давайте снимем розовые очки. Как честно пишет «Эксперт», индустрия прямо сейчас проходит жесткую проверку реальностью. Эпоха, когда можно было кинуть клич в телеграм-чат и за пять минут продать все места на вечерний прайм-тайм, ушла безвозвратно. Рынок очевидно перегрелся, но по-другому и быть не могли — и при этом, пик еще не достигнут.

Ценник в столице кусается — аренда легко переваливает за 4–6 тысяч рублей в час, плюс услуги тренера. Кстати, о тренерах. Их катастрофически не хватает. Сейчас мы видим классический финт ушами: в падел массово перекатываются бывшие теннисисты. Парень вчера учил детей бить форхенд, а сегодня он гордо называет себя «коучем по паделу» с ценником в 5000 рублей. Качество экспертизы порой болтается где-то на уровне плинтуса.

Или взять инфраструктуру. Чтобы удержать аудиторию, уже мало просто поставить ангар. Клиенту подавай мощную вентиляцию (никто не хочет дышать чужим потом в душном парнике), качественный свет, чтобы мяч не слепил глаза, и лавандой раф с изотоникоми на баре. Спасает цифровая экосистема — приложения вроде Lunda, где больше 150 тысяч пользователей организуют мини-турниры и ищут партнеров. Это комьюнити и удерживает индустрию на плаву. И, конечно, частные инвестиции. Показателен пример Екатеринбурга, где благодаря Русской медной компании строятся феноменальные арены и проводятся крупные турниры. Это яркий пример того, как частный бизнес берет на себя роль локомотива в развитии спорта.

Ярослав Головня

Сетевой падел-клуб или независимый — где играть и почему это разный опыт

Падельный рынок Москвы и Петербурга стремительно растет, а вместе с количеством площадок усложняется проблема выбора. Условно индустрию можно разделить на крупные сетевые проекты…

Открыть материал

Пузырь или железобетонный тренд?

Кто-то считает, что этот хайп сдуется через пару лет, оставив после себя кладбище никому не нужных стеклянных коробок? Соглашаться с этим не буду, потому что я вижу, как падел глубоко пускает корни. Но рынок неизбежно ждет кровавая баня. Половина локаций-однодневок, построенных на коленке ради быстрого кэша, скоро закроется. Их сожрут крупные сетевые проекты и закрытые премиальные комьюнити. В общем, победят сильнейшие, как и всегда.

Падел-клуб без души, без выстроенного комьюнити, с кривыми потолками и наплевательским сервисом — это такой одноразовый продукт. Возьмем клиента А, который пришел, посмотрел, сыграл, разочаровался и ушел в другой клуб, уведя за собой всю свою тусовку. Но есть и клиент Б, которого в принципе все устроит, но какая каста перевесит? Случайные игроки, которые раз в пару месяцев собираются с друзьями или фанатичные завсегдатаи, которые играют уже практически на профессиональном уровне.

А я, пожалуй, закрою ноутбук и поеду на тренировку. И, черт возьми, за этот час игры я отдам столько, что пару лет назад сам бы покрутил пальцем у виска. Но я еду. Потому что это работает. И работает потрясающе.